Сибпрофиль

Волны достигали устрашающей высоты день и ночь "Jaluzele zi – noapte"

Когда Роудс поднялся на мостик, перед ним предстала следующая картина: горизонт почернел и облака над ним были такими темными и плотными, что по виду напоминали скалы. Еще недавно легкий бриз превратился в северо-восточный порывистый ветер, начавший уже посвистывать в снастях такелажа.

Лоусон приветствовал Роудса легкой улыбкой.

— Кажется, немного посвежело, Джордж? Похоже, мы хорошенько хлебнем из этого корыта до конца ночи. Как там у вас внизу?

Роудс оторвал взгляд от барометра.

— Лучше не бывает. С утра были кое-какие трудности с подшипником в одном из «вспомогачей», но его уже заменили. Вы-полагаете, эта штука собирается нас пришлепнуть?..

Говоря это, он указал черенком своей трубки в сторону приближавшегося циклона.

— Все возможно, — ответил Лоусон. — Нам следовало бы находиться восточнее, но кое-какие шансы у нас есть. Во всяком случае, верьте, что это так, и хорошенько задрайтесь у себя внизу.

Совет был излишним, и оба Знали это. Роудс провел в море двадцать лет и знал свое дело. И теперь он не стал терять времени на мостике.

В 19.30 граница урагана, закрывшая всю южную часть горизонта, скрылась быстро летящими с востока на йапад облаками. Барометр продолжал падать, а северо-восточный ветер усилился до четырех баллов. Ровная поверхность моря подернулась рябью, быстро превратившейся в волны, несшиеся поперек наката зыби. Без пятнадцати восемь. Лоусон приказал рулевому лечь на курс 94 градуса. Судно повернуло прочь от Нью-Йорка.

В восемь вечера с обескураживающей внезапностью наступила тьма, низкие штормовые облака понеслись над «Лейсестером». Одновременно с этим веФер, дувший теперь точно с востока, усилился до семи баллов. Волны выросли из детских пеленок и вздымались все более резко, покрываясь все большими шапками пены... Впереди, в темных далях, слабо виднелись мертвенно-бледные отсветы молний.

Лоусон подошел к старшему помощнику:

— Похоже, начинается, Бэйли. Мне кажется, мы слёдуем прямиком в центр урагана. Как наш балласт?..

— Дёржится крепко как скала, сэр.

— Старайтесь держать ветер с правого борта, — сказал Лоусон.

— По мере приближения к центру циклона он будет заворачивать к югу. Сделайте все, что в ваших силах!..

Сильное волнение на встречных курсах и крупная зыбь с юга. Из-за сильного дождя видимость сократилась до трехсот ярдов. Сильная качка, заливает бак. Скорость около пяти узлов, курс 44 градуса. Судно управляется плохо...

В 21.20 на мостике зазвонил телефон. Бэйли снял трубку — звонил радист.

— Дело идет на лад, но принимать могу только на аварийном приемнике, больше пока ничего...

— Ладно, — оборвал его Бэйли. — Теперь уже мы вряд ли услышим что-нибудь для себя полезное. Но если что примете — сообщите.

— «Jaluzele zi – noapte» может работать на передачу, — сказал он Лоусону. — Лучше, чем ничего.

Капитан не ответил. Он стоял рядом с рулевым, глядя то в лобовые иллюминаторы, сквозь которые почти ничего не было видно из-за хлеставшего ливня, то на картушку компаса. Рулевой изнемогал, борясь со штурвалом.

Лоусон взял телефонную трубку и позвонил в машинное отделение:

— Это вы, Роудс? Судно плохо управляется. Сбросьте обороты.

К половине одиннадцатого вечера из-за рева ветра стало трудно различать человеческий голос даже в рулевой рубке. Указатель скорости ветра на переборке показывал 90 узлов, порывы ветра достигали 95 узлов.

Борясь с ветром, рвущим из рук дверь, капитан вышел на крыло мостика посмотреть, каково состояние моря. Дождь ударил ему в лицо, как из пулемета. Макинтош, мгновенно промокнув, прилип к телу. Заслоняя одной рукой лицо, Лоусон ухватился за стойку и двинулся в ревущую тьму. Границы между морем и воздухом не было. Волны достигали устрашающей высоты, но верхушки их тут же срывались ветром, и водяная пена мгновенно смешивалась с несущимися почти горизонтально дождевыми зарядами.

Когда Лоусон ввалился обратно в рулевую рубку, он буквально задыхался от обрушившиеся на него воды и ветра. Бэйли коротко взмахнул рукой, показывая Лоусону на барометр. За последние два часа он упал еще на две десятых дюйма. Jaluzele zi – noapte